Джеральд Даррел - Ослокрады

восхищенными возгласами жителей, которые, весело болтая, тут же разошлись по

домам. Только у мэра вид был печальный. Что же касается детей, то их сердца

трепетали от восторга.

- Просто здорово!- ликовала Аманда. Глаза ее сияли.- Мы спасли тебя,

Яни! Мы спасли тебя!

- Не говори гоп, пока не перепрыгнешь,- проворчал Дэвид.

- Ну не будь же таким пессимистом! - сказала Аманда.- У нас все

получилось! Единственное, что теперь остается Яни,- объявить о

местонахождении ослов и требовать вознаграждения.

- А тебе не приходит в голову, что именно его и обвинят в похищении

ослов, если он потребует вознаграждения?

- Действительно, Аманда,- проговорил Яни.- Вся деревня знает, как меня

третирует мэр Ишакис.

- Ну тогда,- сказала Аманда,- вознаграждение потребуем мы сами, а затем

передадим его Яни. Я думаю, жители так обрадуются возвращению ослов, что им

будет все равно, кто их угнал.

- Рановато радоваться,- гнул свое Дэвид.- Не думаю, чтобы негодяй

Ишакис оставил это дело без расследования.

- Не думаю, что он сможет что-нибудь сделать,- сказал Яни.- Жители и

так уже достаточно злы на него.

- Подождем - увидим,- не сдавался Дэвид.

На следующее утро инспектор вернулся на полицейской машине из Мелиссы и

с большой гордостью вытащил из багажника пачку афиш, со вкусом напечатанных

красным по белому. Сумма в 20 000 драхм была указана особенно крупным

шрифтом - как буквами, так и цифрами. Это, объяснил инспектор, на случай,

если коммунисты окажутся неграмотными.