Джеральд Даррел - Ослокрады

домой и положили на постель. Затем тщательно затворили ставни и дверь -

ведь, как известно, ничто не вредит больному больше, чем свежий воздух,- и

отправились по домам, продолжая спорить по дороге. Яни лежал на своей

постели в затененной комнате и смеялся так, что из глаз его потоками лились

самые непритворные слезы.

Глава шестая. ПАНИКА

Никогда еще деревня Каланеро не знала такого дня, как нынешний.

Сельчане возвращались восвояси, по-прежнему обсуждая укус змеи, едва не

погубивший Яни. Они уже собрались было расходиться, как вдруг по деревне

пробежал Филимон Страхис с лицом бледным, как оконная замазка.

- Все-е-е сюда! Все-е-е сюда! - драматично орал он.- Нечи-и-и-стая

сила! Нечи-и-и-стая сила!

Рухнув на один из столов в таверне, он принялся театрально стенать:

- Не-чи-ста-я! Не-чи-ста-я!

Эти слова возбудили интерес жителей, как ничто другое. Даже папаша

Йорго (которому, как вы помните, перевалило за сто) и тот выпил пару

стаканов вина, чтобы вникнуть в события. Сельчане сгрудились вокруг

рыдающего Страхиса.

- Так скажи нам, Филимон Страхис,- просили он,- о какой нечистой силе

ты ведешь речь?

Страхис поднял мокрое от слез лицо.

- Прошлой ночью,- сказал он, захлебываясь от рыданий,- я услышал у себя

во дворе шум. Как вы знаете, я человек исключительной смелости...

Сельчане были настолько захвачены рассказом Страхиса, что не

отреагировали на эти слова взрывом хохота, как это случилось бы в обычных

условиях.

- Я взял двустволку и лампу,- продолжил Страхис, вытирая нос рукавом,-