Джеральд Даррел - Ослокрады

вволю. Дэвид тоже едва сдерживал смех, вежливо осведомляясь о самочувствии

бедняги Ишакиса.

- Вы спасли меня,- непрерывно повторял мэр, многократно истово

крестясь.- Отважные дети, вы спасли меня!

- Да что вы,- с невинным видом сказал Дэвид.- Мы просто шли к морю...

хотелось... м-м... искупаться на зорьке.

- Вы посланы мне самим Богом,- сказал мэр, снимая с усов водоросли.-

Да, да, самим Богом!

- А... вас-то что понесло в такую рань?! - спросил Дэвид, чтобы

подавить чувство неловкости.

- Да мне жена сказала, что кто-то в поле потравил пшеницу, и я поехал

посмотреть. Вот этой глупости мне не следовало делать. Интересно, когда же в

последний раз чинили этот чертов мост?! Сколько я просил отремонтировать, а

им хоть бы что! - восклицал он, хотя на самом деле он никого ни о чем не

просил.- Ну, теперь-то я им покажу!

К счастью, ослику мэра хватило ума выплыть на тот берег, где находилась

деревня. Аманда и Дэвид помогли измазанному грязью, промокшему до нитки мэру

вскарабкаться на осла и проводили его в деревню.

- Итак, мы установили две вещи,- сказала Аманда по-английски, чтобы мэр

ее не понял.- Первое, это то, что ишаки плавают, второе, что мэры слабоваты

по сей части.

С этими словами девочка снова залилась звонким смехом.

- Замолчи,- одернул ее Дэвид.- Он же поймет, что ты над ним хохочешь.

К тому времени, когда шествие вступило в деревню, все жители уже

встали. Когда мэр, первый человек в деревне, облепленный с ног до головы

илом и мокрый как мышь, въезжал на центральную площадь, у всех встречных