Джеральд Даррел - Ослокрады

палец прямо на мальчика в черном котелке.- Никому ни гуту, слышишь?

Простаки утвердительно покивал головой и перекрестился.

- Что ты, он никому не скажет,- вступился за него Яни.- Он же мой друг.

Глубокой ночью дети выскользнули из своих спален и спустились по

лестнице, вздрагивая от каждого скрипа из опасения, что генерал проснется и

их планы рухнут. Им удалось выйти из дома, не потревожив родителей, и,

встретившись с Яни и Простаки, они крадучись (что было совершенно излишне,

потому что вся деревня спала) добрались до мостика через грязную речку у

кромки полей. Дэвид разделся и нырнул в мутную воду, предварительно

расставив дозорных наблюдать за окрестностями на случай, если появится

кто-нибудь, кто может услышать звук пилы.

Подпилить две опоры оказалось делом нескольких минут. Они действительно

настолько прогнили, что пила входила в дерево, как в масло. Кончив

действовать пилой, Дэвид выкрутил их и вставил в грязь так, что со стороны

казалось, будто они по-прежнему поддерживают мост, хотя на самом деле пользы

в них не было уже никакой. Выбравшись на берег, он смыл с себя грязь,

оделся, и приятели отправились по домам.

Последние блестки звезд еще догорали на жемчужно-розовом небе, когда

Дэвид разбудил Аманду. Захватив по дороге Яни и Простаки, дети вышли к

мостику по свежему утреннему воздуху. Бамбуковые заросли, произраставшие

неподалеку, оказались отличным наблюдательным пунктом. Дети залегли в засаде

и стали ждать появления первых путников.

И надо же было случиться, что тот, кому судьба уготовила первым