Джеральд Даррел - Звери в моей жизни

скоро разобрали, что молоко поступает из соски, однако координация рта и

мозга оставляла желать лучшего, и все время приходилось быть начеку, потому

что оленята мусолили соску до тех пор, пока конец ее не высовывался изо рта

сбоку, после чего сжимали челюсти, брызгая молоком прямо нам в глаза.

Впрочем, на второй день они наладились сосать правильно и стали воспринимать

нас с Филом и Биллом как некую комбинированную мать. Всего на нашем

попечении находилось восемь оленят, и мы разместили их по четыре на стойло,

но, по мере того как они росли, кормить их становилось все труднее, потому

что в часы кормления оленята при виде нас буквально выходили из себя.

Оглушительно блея, они бросались нам навстречу, едва открывалась дверь

стойла. Несколько раз оленята сбивали с ног меня и Билла. Упал - скорей

откатывайся в сторону, потому что малыши безжалостно топтали нас, а копытца

у них были не только очень длинные, но и весьма острые.

Пожалуй, именно в это время я вдруг по-настоящему уразумел суть

определения "редкие животные". До сих пор, когда кто-нибудь говорил о редких

животных, я считал, что речь идет о числе особей, представленных в музеях

или зоопарках; мне не приходило в голову, что подразумевается

малочисленность вообще. Должно быть, это потому, что люди были склонны

делать из слова "редкий" как бы знак отличия, которым животные обязаны

гордиться. Но, познакомившись вплотную с оленями Давида, я неожиданно для

себя открыл, что очень многие животные стали редкостью совсем в другом