Джеральд Даррел - Звери в моей жизни

В первой половине дня в зоопарк привозили мясо, кровавые лопатки и

окорока с пятнами зеленой краски в знак того, что они не годятся в пищу

людям. С половины третьего до трех мы разрубали мясо на куски, раскладывали

по ведрам и решали, которого из зверей сегодня побаловать лакомством вроде

сердца или печени. В три часа приступали к кормлению.

Начинали мы всегда с тигровой лощины в дальнем конце нашей секции (с

нижних тигров, как мы говорили). ЗДЕСь, в просторном, как у львов, вольере с

густым кустарником жили Джам и Морин, не связанные узами родства с

обитателями тигровой ямы Полем и Рани. Идем туда вдвоем, неся ведра с мясом,

и непременно за нами следует словно возникшая из небытия толпа ребятишек с

добавлением любопытных взрослых. Дети снуют вокруг нас, испуская звонкие

крики, задавая вопросы, нетерпеливо расталкивая друг друга и подпрыгивая,

чтобы лучше рассмотреть кровавые куски.

- Ух ты! Гляди, какое мясо... Альф... Альф... погляди на мясо!

- А для чего эта вилка, мистер?

- Вот это да! Спорим, они и половины не одолеют.

- А что это за мясо, мистер?

- Джон, сынок, осторожно, не мешай служителю... Джон, слышишь, кому

говорят?

И так далее, на всем пути до вольера, где Джам и Морин мечутся

взад-вперед у самой ограды, снедаемые адским нетерпением.

Мне всегда казалось интереснее кормить эту пару, чем Поля и его

родительницу, ведь в яму мы просто бросали мясо, и все, а с нижними тиграми

общение было более близким. Зацепишь вилкой мясо и просовываешь узким концом