Джеральд Даррел - Звери в моей жизни

выходу, чтобы выскочить раньше, чем мы успеем прибежать и закрыть его.

Сплошь и рядом железная дверь со звоном ударялась о пол в каких-нибудь пяти

сантиметрах от его хвоста, и Альберт, одурачив нас, уносил свой трофей в

укромный уголок, где можно было спокойно насладиться победой. Естественно,

на этом все кончалось; мы должны были ждать еще сутки, пока Альберт снова

проголодается.

Других обитателей этой секции мы заманивали в клетки примерно таким же

способом, но никто из них не причинял нам столько хлопот. Альберт обладал

особым даром досаждать своим опекунам.

Когда же нам все-таки удавалось заточить львов в клетку, мы

отправлялись к маленькой калитке в другом конце вольера. Войдя на участок,

полагалось запирать калитку за собой. Не могу сказать, чтобы мне это

доставляло удовольствие, ведь теперь мы сами оказывались в заточении за

пятиметровой железной оградой на участке площадью в один гектар - и никуда

не денешься, если львы чудом вырвутся из клетки.

Однажды мы с Джо, войдя внутрь ограды, как обычно, разделились и пошли

по кустам собирать накопившиеся за неделю обглоданные кости. В густых

зарослях мы скоро потеряли друг друга из виду, но я слышал посвистывание Джо

да время от времени звон, когда он бросал кость в ведро. Я пробирался по

тропе меж высоких кустов куманики; сюда явно любил наведываться Альберт,

потому что мягкая глина изобиловала отпечатками его могучих лап и на

колючках тут и там висели клочья шерсти из гривы. Созерцая огромные следы, я

размышлял о злобном и вспыльчивом нраве Альберта. Внезапно раздалось его