Гавриил Троепольский - Белый Бим Черное ухо

и пересыпая их картофельной мукой.

Ночью Бим спал беспокойно.

А задолго до рассвета они вышли с ружьем на улицу и стали на углу.

Вскоре подъехал большой автомобиль, загруженный охотниками. Они сидели в

крытом кузове на скамейках, сидели тихо и торжественно. Иван Иваныч

сначала подсадил Бима, потом и сам влез в шалаш. Вчерашний охотник сказал

Ивану Иванычу:

- Э-э, нет! Зачем же Бима с собой!

- Собак не должно быть на облаве. Снять! - строго сказал кто-то. -

Голос подаст - и пропала облава.

- Бим не подаст голоса, - будто оправдываясь, говорил Иван Иваныч. -

Не гончак же он.

Ему возражали одновременно несколько человек, но кончилось тем, что

вчерашний гость сказал:

- Ладно. С Бимом поставлю в запасную. Есть место, Иван Иваныч: было

так, что волк прорывался там через флажки, по протоке.

Бим догадался, что его не хотят брать. Он тоже уговаривал соседей, но

в темноте этого никто не понял. И все же автомобиль тронулся.

Уже солнце взошло, когда остановились у кордона знакомого лесника.

Вышли все тихо, без единого слова, как и Бим. Потом долго шли гуськом

вдоль опушки. Никто не курил, не кашлял, не стукнул даже сапогом о сапог,

ступая по собачьи: тут все знали - куда, кто и зачем. Не знал только один

Бим, но он тоже шел тенью след в след за хозяином. Тот на ходу притронулся

к уху Бима: хорошо, дескать, хорошо, Бим.

Впереди всех, главным, шел вчерашний гость охотник. И вот он поднял

руку - все остановились. Трое передних ушли в лес еще тише, по кошачьи, и

вскоре вернулись. Теперь главный поднял вверх фуражку и отмахнул ею