ничего не заметив. Бим был удивлен: друг-то не чует. Да ведь он же калека!
И тогда Бим принял решение _с_а_м_: тихо переступая в потяжке, стал
приближаться к неведомому, уже не глядя на Ивана Иваныча. Шажки
становились все реже и реже, он как бы выбирал точку для каждой лапы,
чтобы не зашуршать, не зацепить будылинку. Наконец запах оказался таким
сильным, что дальше идти уже невозможно. И Бим, так и не опустив на землю
правую переднюю лапу, замер не месте, застыл, будто окаменел. Это была
статуя собаки, будто созданная искусным скульптором. Вот она, первая
стойка! Первое пробуждение охотничьей страсти до полного забвения самого
себя.
О нет, хозяин тихо подходит, гладит чуть-чуть вздрагивающего в
трепете Бима:
- Хорошо, хорошо, мальчик. Хорошо, - и берет за ошейник. - Вперед...
Вперед...
А Бим не может - нет сил.
- Вперед... Вперед... - тянет его Иван Иваныч.
И Бим пошел! Тихо-тихо. Остается совсем чуть кажется, неведомое
рядом. Но вдруг приказ резко:
- Вперед!!!
Бим бросился. Шумно выпорхнул перепел. Бим рванулся за ним и-и-и...
Погнал, страстно, изо всех сил.
- Наза-ад! - крикнул хозяин.
Но Бим ничего не слышал, ушей будто и не было.
- Наза-ад! - и свисток. - Наза-ад! - и свисток.
Бим мчался до тех пор, пока не потерял из виду перепела, а затем,
веселый и радостный, вернулся. Но что же это значит? Хозяин сумрачен,
смотрит строго, не ласкает. Все было ясно: ничего не чует его друг!
Несчастный друг... Бим как-то осторожненько лизнул руку, выражая этим
Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>